Сергей Михалков

А что у вас? (сборник)

© Михалков С. В., насл., 2016

© Бугославская Н. В., ил., 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

* * *

А что у вас?

Кто на лавочке сидел,

Кто на улицу глядел,

Толя пел,

Борис молчал,

Николай ногой качал.

Дело было вечером,

Делать было нечего.

Галка села на заборе,

Кот забрался на чердак.

Тут сказал ребятам Боря

Просто так:

– А у меня в кармане гвоздь.

А у вас?

– А у нас сегодня гость.

А у вас?

– А у нас сегодня кошка

Родила вчера котят.

Котята выросли немножко,

А есть из блюдца не хотят.

– А у нас на кухне газ.

А у вас?

– А у нас водопровод.

Вот.

– А из нашего окна

Площадь Красная видна.

А из вашего окошка

Только улица немножко.

– Мы гуляли по Неглинной,

Заходили на бульвар,

Нам купили синий-синий,

Презелёный красный шар.

– А у нас огонь погас –

Это раз.

Грузовик привёз дрова –

Это два.

А в-четвёртых, наша мама

Отправляется в полёт,

Потому что наша мама

Называется пилот.

С лесенки ответил Вова:

– Мама – лётчик?

Что ж такого!

Вот у Коли, например,

Мама – милиционер.

А у Толи и у Веры

Обе мамы – инженеры.

А у Лёвы мама – повар.

Мама – лётчик?

Что ж такого!

– Всех важней, – сказала Ната, –

Мама вагоновожатый,

Потому что до Зацепы

Водит мама два прицепа.

И спросила Нина тихо:

– Разве плохо быть портнихой?

Кто трусы ребятам шьёт?

Ну конечно, не пилот.

Лётчик водит самолёты –

Это очень хорошо.

Повар делает компоты –

Это тоже хорошо.

Доктор лечит нас от кори,

Есть учительница в школе.

Мамы разные нужны,

Мамы всякие важны.

Дело было вечером,

Спорить было нечего.

Трезор

На дверях висел

Замок.

Взаперти сидел

Щенок.

Все ушли

И одного

В доме

Заперли его.

Мы оставили Трезора

Без присмотра,

Без надзора,

И поэтому щенок

Перепортил всё, что мог.

Разорвал на кукле платье,

Зайцу выдрал шерсти клок,

В коридор из-под кровати

Наши туфли уволок.

Под кровать загнал кота –

Кот остался без хвоста.

Отыскал на кухне угол –

С головой забрался в уголь,

Вылез чёрный – не узнать.

Влез в кувшин –

Перевернулся,

Чуть совсем не захлебнулся

И улёгся на кровать

Спать…

Мы щенка в воде и мыле

Два часа мочалкой мыли.

Ни за что теперь его

Не оставим одного!

Сашина каша

Живёт на свете Саша.

Во рту у Саши каша –

Не рисовая каша,

Не гречневая каша,

Не манка,

Не овсянка

На сладком молоке.

С утра во рту у Саши

Слова простые наши –

Слова простые наши

На русском языке.

Но то, что можно внятно

Сказать для всех понятно,

Красиво,

          чисто,

                    ясно, –

Как люди говорят, –

Наш Саша так корёжит,

Что сам понять не может:

Произнесёт словечко –

И сам тому не рад!

Он скажет:

          «До свидания!»

А слышится:

          «До здания!»

Он спросит:

          «Где галоши?»

А слышно:

          «Это лошадь?»

Когда он вслух читает,

Поймёшь едва-едва:

И буквы он глотает,

И целые слова.

Он так спешит с налёта

Прочесть,

          спросить,

                    сказать,

Как будто тонет кто-то,

А он бежит спасать…

Он может, но не хочет

За речью последить.

Нам нужен переводчик

Его переводить.

Песенка друзей

Мы едем, едем, едем

В далёкие края,

Хорошие соседи,

Счастливые друзья.

Нам весело живётся,

Мы песенку поём,

И в песенке поётся

О том, как мы живём.

Красота! Красота!

Мы везём с собой кота,

Чижика, собаку,

Петьку-забияку,

Обезьяну, попугая –

Вот компания какая!

Когда живётся дружно,

Что может лучше быть!

И ссориться не нужно,

И можно всех любить.

Ты в дальнюю дорогу

Бери с собой друзей:

Они тебе помогут,

И с ними веселей.

Красота! Красота!

Мы везём с собой кота,

Чижика, собаку,

Петьку-забияку,

Обезьяну, попугая –

Вот компания какая!

Мы ехали, мы пели,

И с песенкой смешной

Все вместе, как сумели,

Приехали домой.

Нам солнышко светило,

Нас ветер обвевал;

В пути не скучно было,

И каждый напевал:

– Красота! Красота!

Мы везём с собой кота,

Чижика, собаку,

Петьку-забияку,

Обезьяну, попугая –

Вот компания какая!

Про девочку, которая сама себя вылечила

Таня пальчик наколола –

Видно, дед недосмотрел.

Не пошла девчушка в школу,

Так мизинчик заболел.

Он болит и нарывает –

Просто хуже не бывает!

Ставят на руку компресс –

Ставят с мазью, ставят без…

А мизинчик всё болит.

Таня тут ему велит:

– Слушай, пальчик, мой приказ,

Исполняй его сейчас:

«ТЫ У КОШКИ БОЛИ!

У СОБАКИ БОЛИ!

У МЕДВЕДЯ БОЛИ!

И У ВОЛКА БОЛИ!

А У ТАНИ ЕРМОЛАЕВОЙ

НЕ СМЕЙ БОЛЕТЬ!»

Таня этот свой приказ

Повторила десять раз,

Слово в слово повторила,

Пальчик свой уговорила:

Боль, которая была,

Отпустила и ушла.

И теперь медведь в лесу

Держит лапу на весу.

Это Мишку очень злит…

А у Тани Ермолаевой

     пальчик больше не болит!

Хорошие товарищи

Мальчик Миша мается –

Миша заикается.

Как другие – чисто, ясно, –

Он не может говорить.

И просить его напрасно

То, что скажет, повторить.

Нелегко ему даются

Все слова на букву «К»,

Но ребята не смеются –

Дружба классная крепка:

Ты, Мишутка, не теряйся!

Ты с других пример бери!

Молча с духом собирайся

И смелее говори!

Миша выговорит слово,

А другого не видать…

Но товарищи готовы,

Если нужно, подождать!

Как у нашей Любы…

Как у нашей Любы

Разболелись зубы:

Слабые, непрочные –

Детские, молочные…

Целый день

     бедняжка стонет,

Прочь своих

     подружек гонит:

Мне сегодня не до вас!

Мама девочку жалеет,

Полосканье в чашке греет,

Не спускает с дочки глаз.

Папа Любочку жалеет,

Из бумаги куклу клеит –

Чем бы доченьку занять,

Чтобы боль зубную снять!

Тут же бабушка хлопочет,

Дать совет полезный хочет –

Как лечили в старину.

Только дедушка спокоен –

Он бывалый, старый воин,

Не одну прошёл войну.

Заглянул он внучке в рот:

– Всё до свадьбы заживет!

Лапуся

Я не знаю, как мне быть –

Начал старшим я грубить.

Скажет папа:

     – Дверь открыта!

Притвори её, герой! –

Я ему в ответ сердито

Отвечаю:

     – Сам закрой!

За обедом скажет мама:

– Хлеб, лапуся, передай! –

Я в ответ шепчу упрямо:

– Не могу. Сама подай!

Очень бабушку люблю,

Всё равно – и ей грублю.

Очень деда обожаю,

Но и деду возражаю…

Я не знаю, как мне быть –

Начал старшим я грубить.

А они ко мне:

          – Голубчик,

Ешь скорее! Стынет супчик!.. –

А они ко мне:

          – Сыночек,

Положить ещё кусочек? –

А они ко мне:

          – Внучок,

Ляг, лапуся, на бочок!..

Я такое обращенье

Ненавижу, не терплю,

Я киплю от возмущенья

И поэтому грублю.

Я не знаю, как мне быть –

Начал старшим я грубить.

До того я распустился,

Что грублю я всем вокруг.

Говорят, от рук отбился.

От каких, скажите, рук?!

Не спать!

Я ненавижу слово «спать»!

Я ёжусь каждый раз,

Когда я слышу: «Марш в кровать!

Уже десятый час!»

Нет, я не спорю и не злюсь –

Я чай на кухне пью.

Я никуда не тороплюсь.

Когда напьюсь – тогда напьюсь!

Напившись, я встаю

И, засыпая на ходу,

Лицо и руки мыть иду…

Но вот доносится опять

Настойчивый приказ:

«А ну, сейчас же марш в кровать!

Одиннадцатый час!»

Нет, я не спорю, не сержусь –

Я не спеша на стул сажусь

И начинаю кое-как

С одной ноги снимать башмак.

Я, как герой, борюсь со сном,

Чтоб время протянуть,

Мечтая только об одном:

Подольше не заснуть!

Я раздеваюсь полчаса,

И где-то в полусне

Я слышу чьи-то голоса,

Что спорят обо мне.

Сквозь спор знакомых голосов

Мне ясно слышен бой часов,

И папа маме говорит:

«Смотри, смотри! Он сидя спит!»

Я ненавижу слово «спать»!

Я ёжусь каждый раз,

Когда я слышу: «Марш в кровать!

Уже десятый час!»

Как хорошо иметь права

Ложиться спать хоть в час! Хоть в два!

В четыре! Или в пять!

А иногда, а иногда

(И в этом, право, нет вреда!)

Всю ночь совсем не спать!

Грипп

У меня печальный вид, –

Голова с утра болит,

Я чихаю, я охрип.

Что такое?

          Это – грипп.

Не румяный гриб в лесу,

А поганый грипп в носу!

В пять минут меня раздели,

Стали все вокруг жалеть.

Я лежу в своей постели –

Мне положено болеть.

Поднялась температура.

Я лежу и не ропщу –

Пью солёную микстуру,

Кислой горло полощу.

Ставят мне на грудь горчичник,

Говорят: «Терпи, отличник!»

После банок на боках

Кожа в синих пятаках.

Кот Антошка прыг с окошка

На кровать одним прыжком!

– Хочешь, я тебе, Антошка,

Нос засыплю порошком?

Кот Антошка выгнул спину

И мурлычет мне в ответ:

«Прибегать к пенициллину?

Мне? Коту? С таких-то лет?!»

Я коту не возражаю –

Бесполезно возражать,

Я лежу соображаю,

Сколько мне ещё лежать?

День лежу, второй лежу,

Третий – в школу не хожу.

И друзей не подпускают, –

Говорят, что заражу!..

Эх, подняться бы сейчас

И войти в четвёртый класс:

«Зоя Павловна, ответьте,

Что тут нового у вас?

Зоя Павловна, ответьте!..»

Зоя Павловна молчит…

Я на Марс лечу в ракете…

На меня медведь рычит…

– Как дела, неугомонный?

Как здоровье? Спишь, больной? –

Это – лечащий, районный

Врач склонился надо мной.

Сила воли

Я откровенно признаюсь,

Что в темноте я спать боюсь.

Мне так и хочется вскочить

И поскорее свет включить,

Когда вокруг меня темно

И занавешено окно.

Я чувства этого боюсь,

Но силой воли с ним борюсь –

Я говорю себе: «Лежи!

Глаза закрытыми держи!»

И я лежу, лежу, лежу,

Глаза закрытыми держу

И засыпаю наконец.

Ну, разве я не молодец!

А можно было бы начать

С того, чтоб свет не выключать

И, чтобы не было темно,

Не занавешивать окно.

И до утра при свете спать…

Но так же можно трусом стать!

Подушечка

Ax ты, моя душечка,

Белая подушечка!

На тебя щекой ложусь,

За тебя рукой держусь…

Если жить с тобою дружно –

И в кино ходить не нужно:

Лёг, заснул – смотри кино!

Ведь покажут всё равно.

Без экрана, без билета

Я смотрю и то и это…

Например, вчера во сне

Что показывали мне?

Всех родных оставив дома,

Я поднялся с космодрома

И, послав привет Земле,

Улетел на корабле.

Я вокруг Земли вращался –

Сделал множество витков –

И при этом назывался

Почему-то Терешков.

Я крутился, я крутился,

А потом я «приземлился»

От кровати в двух шагах

И с подушечкой в руках…

Ах ты, моя душечка,

Белая подушечка!

Про мимозу

Это кто накрыт в кровати

Одеялами на вате?

Кто лежит на трёх подушках

Перед столиком с едой

И, одевшись еле-еле,

Не убрав своей постели,

Осторожно моет щёки

Кипячёною водой?

Это, верно, дряхлый дед

Ста четырнадцати лет?

Нет.

Кто, набив пирожным рот,

Говорит: – А где компот?

Дайте то,

Подайте это,

Сделайте наоборот!

Это, верно, инвалид

Говорит?

Нет.

Кто же это?

Почему

Тащат валенки ему,

Меховые рукавицы,

Чтобы мог он руки греть,

Чтоб не мог он простудиться

И от гриппа умереть,

Если солнце светит с неба,

Если снег полгода не был?

Может, он на полюс едет,

Где во льдах живут медведи?

Нет.

Хорошенько посмотрите –

Это просто мальчик Витя,

Мамин Витя,

Папин Витя

Из квартиры номер шесть.

Это он лежит в кровати

С одеялами на вате,

Кроме плюшек и пирожных,

Ничего не хочет есть.

Почему?

А потому,

Что только он глаза откроет, –

Ставят градусник ему,

Обувают,

Одевают

И всегда, в любом часу,

Что попросит – то несут.

Если утром сладок сон –

Целый день в кровати он.

Если в тучах небосклон –

Целый день в галошах он.

Почему?

А потому,

Что всё прощается ему,

И живёт он в новом доме,

Не готовый ни к чему.

Ни к тому, чтоб стать пилотом,

Быть отважным моряком,

Чтоб лежать за пулемётом,

Управлять грузовиком.

Он растёт, боясь мороза,

У папы с мамой на виду,

Как растение мимоза

В ботаническом саду.

Финтифлюшкин

У папы Финтифлюшкина,

У мамы Финтифлюшкиной,

У сына Финтифлюшкиных

(Ему девятый год!) –

Не драма, не комедия,

А личная трагедия:

Семейную фамилию

Малыш не признаёт.

Конечно, Финтифлюшкины

Совсем не то, что Пушкины…

Но всё же Финтифлюшкины –

Рабочий русский род:

Он был прославлен предками

Кондитерами редкими,

Их плюшками, ватрушками,

И чудо-финтифлюшками,

Что сами лезут в рот.

Но Феде Финтифлюшкину

Нет дела до того,

Поскольку друг за дружкою

Все дети «Финтифлюшкою»

Теперь зовут его.

Как жить с такой фамилией

И как её терпеть?

Вот хорошо бы личную,

Совсем, совсем обычную,

Серьёзную, приличную

Фамилию иметь!

Бывают же фамилии

Без разных глупых слов:

Ну, скажем, просто Сидоров!

А лучше – Иванов!

Но так уже положено,

Что там, где есть семья,

Там папина фамилия

И мамина фамилия –

Семейная фамилия,

А стало быть, твоя!

И Феде Финтифлюшкину

Я свой совет даю:

Носи, малыш, с достоинством

Фамилию свою!

А если ты научишься

Работать и мечтать,

Великим Финтифлюшкиным

Ты в жизни можешь стать!

Чистописание

Писать красиво нелегко:

«Да-ёт ко-ро-ва мо-ло-ко».

За буквой буква,

               к слогу слог.

Ну хоть бы кто-нибудь

                         помог!

Сначала «да», потом уж «ёт».

Уже написано «даёт»,

Уже написано «даёт»,

Но тут перо бумагу рвёт.

Опять испорчена тетрадь –

Страничку надо вырывать!

Страничка вырвана, и вот:

«Ко-ро-ва мо-ло-ко да-ёт».

«Корова молоко даёт»,

А нужно всё наоборот:

«Даёт корова молоко»!

Вздохнём сначала глубоко,

Вздохнём, строку перечеркнём

И дело заново начнём.

«Да-ёт ко-ро-ва мо-ло-ко».

Перо цепляется за «ко»,

И клякса чёрная, как жук,

С конца пера сползает вдруг.

Одной секунды не прошло,

Как скрылись «ко» и «мо» и «ло»…

Ещё одну страничку вон!

А за окном со всех сторон:

И стук мяча, и лай щенка,

И звон какого-то звонка, –

А я сижу, в тетрадь гляжу –

За буквой букву вывожу:

«Да-ёт ко-ро-ва мо-ло-ко»…

Да! Стать учёным нелегко!

Мы с приятелем

Мы с приятелем вдвоём

Замечательно живём!

Мы такие с ним друзья –

Куда он,

Туда и я!

Мы имеем по карманам:

Две резинки,

Два крючка,

Две больших стеклянных пробки,

Двух жуков в одной коробке,

Два тяжёлых пятачка.

Мы живём в одной квартире,

Все соседи знают нас.

Только мне звонить – четыре,

А ему – двенадцать раз.

И живут в квартире с нами

Два ужа

И два ежа,

Целый день поют над нами

Два приятеля-чижа.

И про наших двух ужей,

Двух ежей

И двух чижей

Знают в нашем новом доме

Все двенадцать этажей.

Мы с приятелем вдвоём

Просыпаемся,

Встаём,

Открываем настежь двери,

В школу с книжками бежим…

И гуляют наши звери

По квартирам по чужим.

Забираются ужи

К инженерам в чертежи.

Управдом в постель ложится

И встаёт с неё дрожа:

На подушке не лежится –

Под подушкой два ежа!

Раньше всех чижи встают

И до вечера поют.

Дворник радио включает –

Птицы слушать не дают!

Тащат в шапках инженеры

К управдому

Двух ужей,

А навстречу инженерам

Управдом несёт ежей.

Пишет жалобу сосед:

«Никому покою нет!

Зоопарк отсюда близко.

Предлагаю: всех зверей

Сдать юннатам под расписку

По возможности скорей».

Мы вернулись из кино –

Дома пусто и темно.

Зажигаются огни.

Мы ложимся спать одни.

Ёж колючий,

Уж ползучий,

Чиж певучий –

Где они?

Мы с приятелем вдвоём

Просыпаемся,

Встаём,

По дороге к зоопарку

Не смеёмся, не поём.

Неужели зоосад

Не вернёт зверей назад?

Мы проходим мимо клеток,

Мимо строгих сторожей.

Сто чижей слетают с веток,

Выбегают сто ежей.

Только разве отличишь,

Где какой летает чиж!

Только разве разберёшь,

Где какой свернулся ёж!

Сто ужей на двух ребят

Подозрительно шипят,

Сто чижей кругом поют,

Сто чижей зерно клюют.

Наши птицы, наши звери

Нас уже не узнают.

Солнце село.

Поздний час.

Сторожа выводят нас.

– Не пора ли нам домой? –

Говорит приятель мой.

Мы такие с ним друзья –

Куда он,

Туда и я!

Чудесные таблетки

Для больного человека

Нужен врач, нужна аптека.

Входишь – чисто и светло.

Всюду мрамор и стекло.

За стеклом стоят в порядке

Склянки, банки и горшки,

В них пилюльки и облатки,

Капли,

          мази,

                    порошки –

От коклюша, от ангины,

От веснушек на лице,

Рыбий жир,

таблетки хины

И, конечно, витамины –

Витамины:

     «А»,

          «В»,

               «С»!

Есть душистое втиранье

От укусов комаров,

Есть микстура от чиханья –

Проглотил – и будь здоров!

Клейкий пластырь от мозолей

И настойки на траве

От ломоты и от болей

В животе и в голове.

Есть микстура от мигрени!

Но нельзя сказать врачу:

– Дайте средство мне от лени!

От «могу, но не хочу»!

Хорошо бы это средство

Поскорей изобрели,

Чтобы все лентяи с детства

Принимать его могли:

Те ребята, чьи отметки

Обнаруживают лень, –

По одной, по две таблетки

Три-четыре раза в день!

Появись лекарство это,

Я купил бы два пакета.

Нет, не два, а целых три!

Нужно, что ни говори!..

Под Новый год

Говорят: под Новый год

Что ни пожелается –

Всё всегда произойдёт,

Всё всегда сбывается.

Могут даже у ребят

Сбыться все желания,

Нужно только, говорят,

Приложить старания.

Не лениться, не зевать

И иметь терпение,

И ученье не считать

За своё мучение.

Говорят: под Новый год

Что ни пожелается –

Всё всегда произойдёт,

Всё всегда сбывается.

Как же нам не загадать

Скромное желание –

На «отлично» выполнять

Школьные задания,

Чтобы так ученики

Стали заниматься,

Чтобы двойка в дневники

Не смогла пробраться!

Ёлка

Ёлку вырублю в лесу,

Ёлку в школу принесу!

Всю в сосульках ледяных,

В крепких шишках смоляных,

Со смолою на стволе,

Со снежинкой на смоле.

Если встречу я в лесу

Настоящую лису,

Я на ёлку покажу

И в лесу лисе скажу:

– Ты, лиса, меня не трогай,

Ты беги своей дорогой,

Не задерживай, прошу:

Я Новый год встречать спешу.

Мне навстречу выйдут волки,

Скажут: «Стой-ка, паренёк!

На опушке вместо ёлки

Почему торчит пенёк?»

Дятел клювом простучит:

«Почему пенёк торчит?»

На деревья снег ложится,

Всё в сугробах, всё в снегу.

И от зверя и от птицы

Я на лыжах убегу.

Я принёс из лесу ёлку –

Наглядеться не могу!

От подставки до макушки –

Сто четырнадцать огней,

На ветвях висят хлопушки,

И звезда горит на ней!

Разноцветные флажки,

Золотые петушки,

А под ёлкой – Дед-Мороз,

Ватный снег его занёс.

Приходите к нам, друзья!

Эту ёлку выбрал я.

Мальчик с девочкой дружил…

Мальчик с девочкой дружил,

Мальчик дружбой дорожил.

Как товарищ, как знакомый,

Как приятель, он не раз

Провожал её до дома,

До калитки в поздний час.

Очень часто с нею вместе

Он ходил на стадион.

И о ней как о невесте

Никогда не думал он.

Но родители-мещане

Говорили так про них:

«Поглядите! К нашей Тане

Стал захаживать жених!»

Отворяют дверь соседи,

Улыбаются: «Привет!

Если ты за Таней, Федя,

То невесты дома нет!»

Даже в школе! Даже в школе

Разговоры шли порой:

«Что там смотрят в комсомоле?

Эта дружба – ой-ой-ой!»

Стоит вместе появиться,

За спиной уже: «Хи-хи!

Иванов решил жениться,

Записался в женихи!»

Мальчик с девочкой дружил,

Мальчик дружбой дорожил.

И не думал он влюбляться

И не знал до этих пор,

Что он будет называться

Глупым словом «ухажёр»!

Чистой, честной и открытой

Дружба мальчика была.

А теперь она забыта!

Что с ней стало? Умерла!

Умерла от плоских шуток,

Злых смешков и шепотков,

От мещанских прибауток

Дураков и пошляков.

Моя неделя

Мне сказали в ПОНЕДЕЛЬНИК,

Что я лодырь и бездельник.

Я схватил во ВТОРНИК «двойку»,

Перенёс головомойку.

И мячом футбольным в СРЕДУ

Залепил в окно соседу.

Весь ЧЕТВЕРГ его боялся –

Всё ходил и извинялся.

Хуже ПЯТНИЦЫ не видел –

Так себя я ненавидел.

Выходной для всех СУББОТА,

Для таких, как я, – работа.

От ученья нет спасенья!

Слава Богу! ВОСКРЕСЕНЬЕ!

Бумажный змей

Я делал всё по чертежам,

Заглядывал в журнал.

И я работал только сам –

Я помощи не знал.

Так появился Змей на свет

Из дома моего.

Мой друг сказал: – Такого нет

Нигде! Ни у кого!

Лиловый нос, багровый рот,

Из ниток борода,

И всё же – вовсе не урод,

А просто – хоть куда!

Мы Змея вынесли на луг.

В то утро ветер был.

И здесь он вырвался из рук

И над землёю взмыл.

Своим трепещущим хвостом

Он распугал ворон,

Он, видно, чувствовал при том,

Что на свободе он.

Змей был над нами высоко,

А мы вдвоем – под ним,

Но удивительно легко

Мы управляли им.

Он так и рвался в облака,

Чтоб скрыться в облаках,

Но мы-то знали: нить крепка

И Змей у нас в руках!

Чемодан

Большой дорожный Чемодан –

Турист неутомимый,

Объездил я немало стран:

Летал на Тихий океан,

Через него и мимо.

Я в самых разных городах

Менял в пути отели –

На иностранных языках

Наклейки на моих боках

Заманчиво пестрели.

Я потерял свой прежний вид –

Был поцарапан и побит:

Меня в бока толкали,

Меня нигде не берегли,

Когда везли и волокли,

Грузили и толкали.

Где б ни был я за рубежом,

Испытывая муки,

Я назывался «багажом»,

Попав в чужие руки.

Открыться как-то я не смог

В таможне, на границе,

И мне тогда сломал замок

Чиновник краснолицый.

Носильщик, что меня грузил

В автобусной толкучке,

Рванул меня что было сил,

И я теперь без ручки.

Дорожный старый Чемодан,

Я – отслуживший ветеран,

Отправлен в кладовую.

И здесь мне снятся иногда:

Аэродромы… поезда…

И еду… и плыву я…

Круглый год

Зима приходит ненароком,

По всем статьям беря своё.

Она должна уж быть по срокам,

А вот, поди ж ты, – нет её!

И вдруг, однажды, спозаранку,

Взглянул в оконное стекло

И видишь «скатерть-самобранку» –

Везде, вокруг, белым-бело…

Весна приходит постепенно:

В полях неслышно тает снег,

Побег из ледяного плена

Готовят тайно воды рек.

Уж по ночам не те морозы,

И вот уже летит скворец

В свой домик на стволе берёзы…

Пришла Весна. Зиме конец!

А за Весной приходит Лето,

За Летом Осень в свой черёд,

И вновь Зима. И снова где-то

Весна торопится в поход.

Одна рифма

Шёл трамвай десятый номер

По бульварному кольцу.

В нём сидело и стояло

Сто пятнадцать человек.

Люди входят и выходят,

Продвигаются вперёд.

Пионеру Николаю

Ехать очень хорошо.

Он сидит на лучшем месте –

Возле самого окна.

У него коньки под мышкой:

Он собрался на каток.

Вдруг на пятой остановке,

Опираясь на клюку,

Бабка дряхлая влезает

В переполненный вагон.

Люди входят и выходят,

Продвигаются вперёд.

Николай сидит скучает,

Бабка рядышком стоит.

Вот вагон остановился

Возле самого катка,

И из этого вагона

Вылезает пионер.

На свободное местечко

Захотелось бабке сесть,

Оглянуться не успела –

Место занято другим.

Пионеру Валентину

Ехать очень хорошо,

Он сидит на лучшем месте,

Возвращается с катка.

Люди входят и выходят,

Продвигаются вперёд.

Валентин сидит скучает.

Бабка рядышком стоит.

Этот случай про старушку

Можно дальше продолжать,

Но давайте скажем в рифму:

– Старость нужно уважать!

Часы

Чтобы ходики

Ходили,

А будильники будили

И всегда любой из нас

Точно знал,

Который час,

По каким часам

Вставать,

По каким часам

В кровать, –

В часовой мастерской

Чинят время день-деньской.

Входит с жалобой старушка:

– Как же мне не горевать!

Из моих часов

Кукушка

Перестала куковать…

Всё понятно старику,

Старику часовщику.

Из окошечка резного

Снова слышится: «Ку-ку!»

Мы в часы мячом попали,

Со стола часы упали.

Под столом раздался звон,

И пружина вышла вон.

Мы сказали:

– Дядя Ваня,

Мы давно знакомы с вами.

Неужели в этот раз

Вы не выручите нас?

Щуря глаз

И хмуря брови,

Поворчав себе в усы,

Часовщик Иван Петрович

Осторожно взял часы.

Всё понятно старику,

Старику часовщику.

Мы теперь приходим в класс

Раньше всех на целый час.

Пятерня

Две руки у меня,

И на каждой – пятерня!

Пятерня! Пятерня!

Выручаешь ты меня:

С ней не надо расставаться –

Пятерня всегда со мной!

Если надо причесаться –

Причешусь я пятернёй!

– Но, пожалуй, мой дружок,

Всё же лучше гребешок!

Пятерня! Пятерня!

Выручаешь ты меня:

Если надо мне сморкаться,

Я сморкаюсь пятернёй.

С ней не надо расставаться –

Пятерня всегда со мной!

– Но не лучше ли,

                    дружочек,

Если всё-таки в платочек?

Пятерня! Пятерня!

Выручаешь ты меня:

Если надо будет драться –

Буду драться пятернёй,

С ней не надо расставаться –

Пятерня всегда со мной!

– Ну, а если, милый друг,

И тебя ударят вдруг?

Сколько пальцев на руке,

Столько их и в кулаке!

Пятерня! Пятерня!

Для чего ж ты у меня?

– Для того, чтобы не драться,

А лопату в руки брать,

Чтобы в пальцы не сморкаться,

А здороваться, прощаться

И с друзьями в мяч играть!

Фома

В одном переулке

Стояли дома.

В одном из домов

Жил упрямый Фома.

Ни дома, ни в школе,

Нигде, никому –

Не верил

Упрямый Фома

Ничему.

На улицах слякоть,

И дождик,

И град.

– Наденьте галоши, –

Ему говорят.

– Неправда, –

Не верит Фома, –

Это ложь… –

И прямо по лужам

Идёт без галош.

Мороз.

Надевают ребята коньки.

Прохожие подняли воротники.

Фоме говорят:

– Наступила зима. –

В трусах

На прогулку выходит Фома.

Идёт в зоопарке

С экскурсией он.

– Смотрите, – ему говорят, –

Это слон. –

И снова не верит Фома:

– Это ложь.

Совсем этот слон

На слона не похож.

Однажды

Приснился упрямому сон,

Как будто

Шагает по Африке он.

С небес

Африканское солнце печёт,

Река, под названием Конго,

Течёт.

Подходит к реке

Пионерский отряд.

Ребята Фоме

У реки говорят:

– Купаться нельзя:

Аллигаторов тьма.

– Неправда! –

Друзьям отвечает

Фома.

Трусы и рубашка

Лежат на песке.

Упрямец плывет

По опасной реке.

Близка

Аллигатора хищная пасть.

– Спасайся, несчастный,

Ты можешь пропасть!

Но слышен

Ребятам

Знакомый ответ:

– Прошу не учить,

Мне одиннадцать лет!

Уже крокодил

У Фомы за спиной.

Уже крокодил

Поперхнулся Фомой:

Из пасти у зверя

Торчит голова.

До берега

Ветер доносит слова:

– Непра… Я не ве… –

Аллигатор вздохнул

И, сытый,

В зелёную воду нырнул.

Трусы и рубашка

Лежат на песке.

Никто не плывет

По опасной реке.

Проснулся Фома,

Ничего не поймёт…

Трусы и рубашку

Со стула берёт.

Фома удивлён,

Фома возмущён:

– Неправда, товарищи,

Это не сон!

Ребята,

Найдите такого Фому

И эти стихи

Прочитайте ему.

Прогулка

Мы приехали на речку

Воскресенье провести,

А свободного местечка

Возле речки не найти!

Тут сидят и там сидят:

Загорают и едят,

Отдыхают, как хотят,

Сотни взрослых и ребят.

Мы по бережку прошли

И поляночку нашли.

Но на солнечной полянке

Тут и там – пустые банки

И, как будто нам назло,

Даже битое стекло!

Мы по бережку прошли,

Место новое нашли.

Но и здесь до нас сидели;

Жгли костёр, бумагу жгли –

Тоже пили, тоже ели,

Насорили и ушли!

Мы прошли, конечно, мимо…

– Эй, ребята! – крикнул Дима. –

Вот местечко хоть куда!

Родниковая вода!

Чудный вид!

Прекрасный пляж!

Распаковывай багаж!

Мы купались,

Загорали,

Жгли костёр,

В футбол играли –

Веселились, как могли!

Пили квас,

Консервы ели,

Хоровые песни пели…

Отдохнули – и ушли!

И остались на полянке

У потухшего костра:

Две разбитых нами склянки,

Две размокшие баранки –

Словом, мусора гора!

Мы приехали на речку

Понедельник провести,

Только чистого местечка

Возле речки не найти!

Прививка

– На прививку! Первый класс!

– Вы слыхали? Это нас!.. –

Я прививки не боюсь:

Если надо – уколюсь!

Ну, подумаешь, укол!

Укололи и – пошёл…

Это только трус боится

На укол идти к врачу.

Лично я при виде шприца

Улыбаюсь и шучу.

Я вхожу одним из первых

В медицинский кабинет.

У меня стальные нервы

Или вовсе нервов нет!

Если только кто бы знал бы,

Что билеты на футбол

Я охотно променял бы

На добавочный укол!..

– На прививку! Первый класс!

– Вы слыхали? Это нас!.. –

Почему я встал у стенки?

У меня… дрожат коленки…

Тридцать шесть и пять

У меня опять:

Тридцать шесть и пять!

Озабоченно и хмуро

Я на градусник смотрю:

Где моя температура?

Почему я не горю?

Почему я не больной?

Я здоровый! Что со мной?

У меня опять:

Тридцать шесть и пять!

Живот потрогал – не болит!

Чихаю – не чихается!

И кашля нет! И общий вид

Такой, как полагается!

И завтра ровно к девяти

Придётся в школу мне идти

И до обеда там сидеть –

Читать, писать и даже петь!

И у доски стоять, молчать,

Не зная, что же отвечать…

У меня опять:

Тридцать шесть и пять!

Я быстро градусник беру

И меж ладоней долго тру,

Я на него дышу, дышу

И про себя прошу, прошу:

«Родная, миленькая ртуть!

Ну, поднимись ещё чуть-чуть!

Ну, поднимись хоть не совсем –

Остановись на «тридцать семь»!»

Прекрасно! Тридцать семь и два!

Уже кружится голова!

Пылают щёки (от стыда!)…

– Ты нездоров, мой мальчик?

                         – Да…

Я опять лежу в постели –

Не велели мне вставать.

А у меня на самом деле –

Тридцать шесть и пять!

Облака

Облака,

Облака –

Кучерявые бока,

Облака кудрявые,

Целые,

Дырявые,

Лёгкие,

Воздушные –

Ветерку послушные…

На полянке я лежу,

Из травы на вас гляжу.

Я лежу себе, мечтаю:

Почему я не летаю

Вроде этих облаков,

Я – писатель Михалков?!

Это было бы чудесно,

Чрезвычайно интересно,

Если б облако любое

Я увидел над собою

И – движением одним

Оказался рядом с ним!

Это вам не самолёт,

Что летает «до» и «от» –

«От» Москвы «до» Еревана

Рейсом двести двадцать пять…

Облака в любые страны

Через горы, океаны

Могут запросто летать:

Выше, ниже – как угодно!

Тёмной ночью – без огня!

Небо – всё для них свободно

И в любое время дня.

Скажем, облако решило

Посмотреть Владивосток

И – поплыло,

И поплыло…

Дул бы в спину ветерок!..

Плохо только, что бывает

Вдруг такая ерунда:

В небе облако летает,

А потом возьмёт растает,

Не оставив и следа!

Я не верю чудесам,

Но такое видел сам!

Лично! Лёжа на спине.

Даже страшно стало мне!

Уточка

На вечерней зорьке

Уточку убили,

Уточку убили –

Метко подстрелили:

Лишь одна дробинка

В сердце ей попала –

За кустом в болото

Уточка упала.

Как она упала –

Клювом в воду ткнулась,

Так она лежала,

Не пошевельнулась,

И её по ветру

Отнесло в осоку.

Не нырять ей больше,

Не летать высоко.

Не нашёл охотник

Уточки убитой,

За кустом болотным

Камышами скрытой,

Не достал добычи,

Зря искал, бранился…

Долго над болотом

Селезень кружился…